NarMedia

5

Февраль

Самоубийство молодого мецената Тарасова потрясло всю Москву

Share

0

Comment
699 Просмотров
8 секунды
NarMedia


Около ста лет назад, прогуливаясь по центру Москвы, один из известных богатых людей начала 20-го века, Габриэль Тарасов решил построить свой особняк. Земля была куплена, архитектор выбран и через несколько лет итальянская сказка появилась в сердце Москвы.

Поиски очередного армянского следа в Москве привели нас на улицу Спиридоновка. Называвшаяся в прошлом Спиридоновской, эта улица и примыкающий к ней район Патриарших прудов находятся в историческом центре. Как и сейчас, в прошлом здесь была сосредоточена активность городской элиты. Так что, выбор купца первой гильдии Габриэля Тарасова не был случайным. Он лишь недавно перебрался в Москву из Армавира, и строительство дома на Спиридоновке стало серьезной заявкой на то, чтобы занять подобающее место в верхушке социальной пирамиды Москвы.

Особняк на Спиридоновке

Приобретя землю и получив разрешение на строительство Тарасов заказывает постройку особняка известному архитектору того времени Ивану Жолтовскому. Большой поклонник итальянской архитектуры Жолтовский решил построить особняк в духе Ренессанса. По размерам особняк Тарасова повторяет пропорции Дворца Дожей в Венеции, а стилистические детали напоминают дворцы города Виченца, построенные в 16-м веке. На торце дома в бетоне латиницей вытеснены слова. Буквы полустерты, но мы можем разобрать имя Габриэля Тарасова.

Сегодня особняк занимает Институт Африки при Российской Академии Наук. В 1912 году одно из серьезных изданий того времени, включило особняк в десятку лучших архитектурных решений. Заказывая архитектору работы по внутренней отделке, Тарасов поставил единственное условие: «Роскошь!» Нивинский и Лансере расписали потолки копиями картин Тинторетто и Тициана с удивительной точностью и яркостью красок. Люстры и светильники в доме были изготовлены по эскизам русских художников. Здесь ничего не сохранилось с того времени, кроме 2 огромных зеркал, привезенных из Венеции и каминов. Большое внимание строители уделили техническому оснащению особняка. Вообще, в доме использованы самые передовые решения того времени.

Потолок с росписями Нивинского и Лансере
Потолок с росписями Нивинского и Лансере

Особняк был спроектирован под 2 квартиры. Выйдя во двор из задней двери, можно увидеть балкон, который соединял эти квартиры. Правда, через некоторое время балкон закрыли, посчитав, что при московском климате, так не похожем на Итальянский, его вряд ли можно будет часто использовать. Из тех же соображений закрыли и огромный арочный холл, который служил входом. Теперь там размещается книгохранилище института.

Масштабное строительство особняка заканчивается в 1912 году, когда заказчик Габриэль Тарасов уже скончался. Городские власти оценивают особняк, и сыновьям Тарасова выставляют астрономический счет на налоги, в частности, обосновывая это роскошным художественным оформлением внутренних помещений. Наследники начинают оспаривать счета в судебных инстанциях, однако никому из них так и не довелось жить в этом особняке. Вскоре в России начинается революция, и семья покидает Москву.

Тяжкий и длинный путь разорившихся Тарасовых из охваченной большевистским хаосом России, яркими красками описывает известнейший представитель этой семьи – Анри Труайя – Левон Торосян. Знаменитый академик, проживающий в Париже, друг и соратник известного режиссера Анри Вернея, писатель, который оставил мировой литературе неоценимый вклад, состоящий из 100 томов произведений, посвященных почти исключительно России. Анри Труайя родился в Москве в 1911 году вот в этом особняке, в Скатертном переулке, который также принадлежал семье Тарасовых.

Следы семьи Тарасовых также привели нас в знаменитых МХАТ. Здесь в музее театра хранится голова с бронзового памятника одного из младших отпрысков Тарасовых – Николая Тарасова. Николай Тарасов, племянник Габриэля Тарасова, был хорошо известен среди московской богемы начала 20-го века. Именно благодаря его бескорыстной щедрости в 1906 году московская труппа МХАТ, которая находилась с гастролями в Берлин, спаслась от позорного разорения. Безвозмездно отдавшего 30 000 рублей Тарасова, в знак благодарности включают в совет директоров МХАТ-а, но Тарасов никогда не злоупотреблял своим положением. Он продолжает оставаться просто заядлым театралом и щедрым меценатом, на которого можно было положиться в любое время.

Николай Тарасов

Жизнь Николая Тарасова прервалась трагически. Он застрелился в возрасте 28 лет и был погребен на Армянском кладбище Москвы, которое мы посетим и увидим памятник на его могиле. У него, как и у Николая Тарасова, печальная судьба. Он исчез в 40-х годах прошлого века, и от изначальной версии сохранилась всего лишь голова. Про молодого Тарасова в своих мемуарах написал выдающийся театральный деятель, режиссер Владимир Немирович-Данченко. Он запомнил молодого миллионера как искреннего, необычайно скромного, обладающего изысканным вкусом обаятельным человека.

Его другом и единомышленником в те годы был Мкртич Бальян, армянин, сын ростовского купца Аствацатура Бальяна. Правда, молодого человека знали как Никиту Балиева. это имя было привычнее для многих. Николай Тарасов и Никита Балиев войшли в историю русского театра как основатели первого кабаре в Москве. В этом доме, который находится в Соймоновском проезде, Николай Тарасов снимает в подвале помещение, и открывает театр-кабаре «Летучая мышь», который существует исключительно на средства Тарасова.

Здание кабаре «Летучая мышь»
Афиша

Балиев, который вел представления, становится фактически первым российским конферансье. Николай Тарасов часто писал для Балиева скетчи и рисовал сценические эскизы. После смерти Тарасова кабаре осталось без финансовой поддержки, и начало продавать билеты. Но начинается революция, и представители аристократии и купечества, которые и были основными посетителями кабаре «Летучая мышь» покидают Россию. В 1922 году Балиев прекращает деятельность театра и тоже эмигрирует.

Мкртич Бальян

Самоубийство молодого миллионера, которое потрясло всю Москву, было совершено в 1910 году. Николай Тарасов был влюблен в светскую красавицу актрису Ольгу Грибову. Но это любовь была безответной: Ольга любила некоего Николая Журавлева.

Ольга Грибова

Современники пишут, что Журавлев был ничем не примечательной личностью, который свое свободное время предпочитал проводить за карточным столом. В один судьбоносный день, проиграв крупную сумму денег и не имея средств выплатить долг, он обращается за помощью к Ольге. Ольга, в свою очередь обращается к Тарасову, надеясь, что влюбленный юноша не пожалеет денег для спасения её возлюбленного.

Надгробный памятник Николая Тарасова изваял известный скульптор Николай Андреев, который является автором памятников Гоголю, Брюсову, Островскому. Эта работа Андреева считается лучшей работой автора в этом жанре. Молодой Тарасов изображен в тот момент, когда он уже спустил курок и сидит бездыханным в кресле. Лицо сделано с посмертной маски. Образы на ограде, которая была заказана и изготовлена в Венеции, продуманы и символичны. Как уже упоминалось, изначальный вариант памятника, сделанный из бронзы, скорее всего был перелит. То, что мы видим сейчас, его точная копия, которую изготовил знаменитый скульптор Юрий Орехов. Памятник был переустановлен в 90-х годах.

Подробнее в документальном фильме.