Говорят, Москва никогда не спит. И это правда… Укутанная в шелка полуночи столица не замирает, она лишь меняет ритм дыхания: шпили сталинских высоток вспыхивают огнями, словно маяки, из подворотни доносится приглушенный бас ночного клуба, смех молодых влюблённых разлетается эхом по переулкам города… где-то на Тверской такси ждет запоздалого пассажира… но так было не всегда…
Сложно поверить, но ещё чуть больше ста лет назад Москва выглядела совсем иначе: кривые переулки, немощёные и плохо освещённые улицы, одноэтажные деревянные домики, нищета и грязь рабочих окраин. Именно таким предстаёт дореволюционный город в летописях Москвы.
После революции, новое правительство, вернувшее Москве статус столицы и политический центр в 1918 году, конечно, не могло допустить, чтобы город сохранял подобный провинциальный облик. Будущему сердцу страны Советов была необходима масштабная перестройка.
Постановление «О генеральном плане реконструкции Москвы» было принято Центральным комитетом СССР 10 июля 1935 года. Этот важнейший документ был изучен и одобрен лично Иосифом Сталиным, и вскоре Москва превратилась в огромную строительную площадку. Однако, план реконструкции столицы не успел развернуться во всю мощь – началась Великая Отечественная война.
После завершения войны, несмотря на ослабленную экономику страны, огромные людские потери и разрушенные города, было принято решение продолжить масштабную реконструкцию столицы — как символ возрождения страны, как знак возвращения к мирной жизни и светлому будущему.
Безусловно, решение Сталина выходило далеко за рамки градостроительства: оно преследовало глубокие политические цели. Держава, сокрушившая нацизм, нуждалась в достойном облике — столице величественной, триумфальной и устремлённой в будущее.
Торжественная церемония закладки восьми высотных зданий состоялась 7 сентября 1947 года, в день празднования 800-летия Москвы.
Одно из них — административное здание в Зарядье — так не было завершено: стройку прервала смерть Сталина. Позже на его фундаменте возвели гостиницу «Россия», которую снесли 2010 году. Остальные семь высоток были достроены и навсегда вошли в историю мировой архитектуры. Однако за этим триумфом монументального стиля стояла масштабная расчистка городского пространства. На пути новых магистралей и высотных ансамблей оказались сотни уникальных исторических памятников — древние храмы, монастыри, купеческие особняки и доходные дома.
Высотные здания изначально задумывались не только как символы государственной мощи СССР, но и как архитектурные городские вертикали, призванные воссоздать утраченный силуэт Москвы. Семь устремлённых в небо высоток должны были стать новыми доминантами и заново сформировать величественный облик столицы.
Места для строительства зданий выбирались не случайно. Архитекторы и градостроители учитывали рельеф, сложившуюся историческую застройку, перспективы главных магистралей и видовые точки. Высотки располагались так, чтобы их было видно с разных концов города, задавая Москве ее новый масштаб и неповторимый ритм.
Семь сталинских высоток — это семь разных судеб. Нашу историю мы начнем с той, что на Кудринской площади. Прочитав почерк ее создателей, мы поймем архитектурную логику всей «семерки» — не как отдельных сооружений, а как единого ансамбля, в котором у каждого архитектора был свой голос, но все они звучали в унисон.
Высотное здание на Кудринской площади в народе прозвали «Домом авиаторов» — здесь в основном приобретали жилье летчики-испытатели и те, чья жизнь была связана с небом. Оно стало одним из самых грандиозных и гармоничных проектов сталинской эпохи.
Архитекторы Михаил Посохин и Ашот Мндоянц сумели создать сооружение, перед которым невозможно пройти мимо: оно словно заставляет замереть и поднять голову к небу.
Встреча Михаила Посохина и Ашота Мндоянца оказалась судьбоносной — не только для них самих, но и для всей московской архитектуры.
В начале своего пути, в коллективе Дмитрия Чечулина, их творческий тандем реконструировал бывшую резиденцию генерал-губернатора Москвы Захара Чернышева на Тверской улице. Сегодня в этом здании — мэрия Москвы.
На том же этапе архитекторы занялись перестройкой бывшего Александровского военного училища на улице Знаменке. Сейчас здесь находится Министерство обороны Российской Федерации.
А позднее они спроектировали административное здание на Большой Садовой, 8, и жилой дом на Новинском бульваре.
Михаил Посохин, по воспоминаниям коллег, обладал блестящими организаторскими и административными способностями. Карьера развивалась стремительно: к началу строительства высотки на площади Восстания он уже стал членом-корреспондентом Академии архитектуры, а позже — главным архитектором Москвы. Но огромная загруженность на этом посту часто вступала в противоречие с творчеством.
В то время как Посохин всё глубже погружался в решении административных и градостроительных задач, Ашот Мндоянц сосредоточился на творческом процессе: проработке фасадов, пластике объёмов, деталях интерьеров — на том самом «почерке», который превращал здание из функциональной конструкции в произведение искусства. Именно его видение во многом определила изящный и узнаваемый облик высотки на Кудринской площади.
В хрущевскую оттепель на смену сталинскому монументализму приходила новая эпоха — с ее стремлением к простоте и функциональности. Посохин и Мндоянц чутко уловили этот вектор и обратились к языку модернизма, который позволил им по-новому осмыслить масштаб города.
В 1959 году Никита Хрущёв принимает решение, которое определит облик Кремля на десятилетия вперёд — выделить место возведения Двореца съездов.
Из двенадцати проектов, представленных на рассмотрение, выбирают вариант главного архитектора Москвы Михаила Посохина. Оформление фасадов доверяют его постоянному соавтору — Ашоту Мндоянцу. И уже через 16 месяцев, в рекордно короткий срок, здание возведено.
Для Посохина и Мндоянца этот проект станет одной из важнейших работ в карьере и одним из самых ярких символов своей эпохи.
Очередным плодом их творческого тандема и ещё одним символом архитектуры оттепели стала застройка Калининского проспекта — сегодня это Новый Арбат.
Этот проект воспринимался неоднозначно: одни презрительно называли его «вставной челюстью Москвы», другие видели в нём смелый шаг советской столицы навстречу западному модернизму.
В итоге, на проспекте Калинина, по замыслу Посохина и Мндоянца, появились два знаковых сооружений: кинотеатр «Октябрь» и знаменитое здание Секретариата СЭВ.
Первая совместная крупная работа — высотка на Кудринской площади — стала связующим звеном между двумя эпохами: сталинской и хрущёвской. Этот грандиозный дом словно соединил монументальность прошлого и устремленность в будущее.
Но цена этого величия была высока. Чтобы высотка обрела свой державный облик, градостроителям пришлось пойти на радикальный шаг. Под ковш экскаватора ушли целые кварталы старой Москвы: дворянские усадьбы, доходные дома, тесные переулки, веками хранившие подлинную душу города. Масштаб послевоенной реконструкции не знал границ — в пылу проектирования всерьёз обсуждали даже перенос Московского зоопарка.
К счастью, от этой идеи отказались, но сама готовность стереть с карты сложившуюся веками жизнь ради одного архитектурного сооружения свидетельствует о размахе и бескомпромиссности послевоенного градостроительства.
Подробно о сталинских высотках в документальном фильме “Эпоха триумфа в архитектуре”
